Оценить инклюзивный процесс

18.12.14 О том, как учёные работают над «мягким рейтингом инклюзии», на нашем вебинаре рассказала специалист НИУ ВШЭ Татьяна Разумовская.

О необходимости исследований в инклюзивных процессах и ученые, и практики говорили давно. «Мы решили, что лучше предоставить возможность разработать инструментарий оценки профессионалам, – отметила руководитель образовательного направления РООИ «Перспектива» Мария Перфильева. – А изначально вопрос возник у директоров школ: почему в рейтинге образовательных учреждений не учитываются показатели инклюзии? Школа затрачивают массу ресурсов, чтобы включить детей с особенностями, с инвалидностью, а никаких показателей включенности нет».

Татьяна Разумовская изложила участникам вебинара основные идеи проекта, посвященного созданию мягкого рейтинга инклюзии. «Мягкий – потому что мы хотели фиксировать в основном качественные показатели, – пояснила эксперт. – И мы хотели сделать его простым инструментом, который могла бы использовать любая междисциплинарная команда, не только ученые».

Исследователи выделили три основных параметра: физическая среда (доступность), представители культуры поддержки (педагоги, психологи, логопеды, тьюторы) которые создают среду для детей, помогают включаться; и непосредственно инклюзивная культура. «Культуру сложно оценивать, непонятно, что делать с данными, как строить оценку, – поделилась Разумовская. – Потому что возникновение культуры – это результат инклюзивных процессов , идущих на протяжении некоторого времени, нескольких лет. Если инклюзивная культура есть – это уже показатель, что процесс идет успешно».

На первом этапе исследования обнаружились и первые барьеры: отсутствие четкого понимания инклюзии, в том числе и на государственном уровне, и на академическим, и на уровне практики. Кроме того, качество подготовки специалистов – разное в разных регионах. Оказалось, в некоторых регионах на уровне субъектов нет ресурсных центров, где можно было бы проконсультироваться со специалистом, имеющим практический опыт.

Говоря о ресурсах, Татьяна Разумовская отметила гражданскую активность родителей детей с инвалидностью, желающих, чтобы их дети имели равные права на образование. Эта активность в основном и инициирует процессы продвижения инклюзии, но чаще в Москве и других крупных городах, а в регионах и малых городах активность значительно ниже. Другие ресурсы – это команда специалистов, педагогов, психологов, логопедов и высокий уровень взаимопомощи между ними. «В данной работе требуется высокая личная включенность, – отметила эксперт. – Поэтому мы немало уделяем внимания личностным качествам. Люди, которым это неинтересно, будут уходить».

Еще одна проблема – отсутствие формализованного инструмента для оценки успешности инклюзии изнутри. В школах пока это оценка уровня знания. При этом мало кто задумывается, что такое успех, насколько он важен школьнику для самого себя или относительно других детей. Оценки социальных навыков, руководящих, организационных пока нет. А для детей с инвалидностью навыки социального общения гораздо важнее, это для них жизненно необходимо, тем более что и родителям важно, чтобы дети научились жить самостоятельно.

Нет также и оценки soft skills – навыков общения, взаимодействия, разрешения конфликтов, творчества.. всего, что не связано со знанием. «Это было бы полезно для всех, для учителей в том числе, для профориентации школьников, – уверена Разумовская. – То есть вне зависимости от своих возможностей ты можешь быть успешным. Но как это увидеть? В одной школе мы видели много фотографий детей, занятых разными творческими занятиями, и надпись – «В творчестве успешен каждый».

Одним из важных инструментов «оценки изнутри» специалисты называют дневник тьютора, который фиксирует мельчайшие изменения в поведении, настроении и учебном процессе ребенка. Дневник предполагает индивидуальный подход, при этом его нельзя заполнять формально, даже если есть критерии происходящих изменений.

Что же касается внешних оценок, то здесь процесс выработки критериев все еще идет, поскольку ситуация изменяется, категории переуточняются. «Важно уточнить понятия, какая школа является инклюзивной, – обратила внимание эксперт. – Та, что поставила пандусы и считает себя инклюзивной, или есть другие индикаторы?»

Пока ученым удалось приблизительно нащупать некие показатели успешного инклюзивного процесса. Например, маленькая текучка кадров в школе. При небольших зарплатах и не очень замечательных условиях, люди остаются работать – значит, им интересен процесс. Еще один показатель – маленький процент отчислений из школы. Это может означать, что ко всем детям находят поход, с проблемами работают, а не избавляются от этого ребенка. Разумеется, критерии нуждаются в дальнейшей разработке, и именно этим сейчас занимается группа исследователей и практиков НИУ ВШЭ, МГППУ и РООИ «Перспектива».

«Нужен пул объективных данных, поддерживающих инклюзию, – объяснила Татьяна Разумовская. – Причем не сырой массив, а научные статьи, исследования. В том числе и для того, чтобы не было возможности манипулировать единичными негативными случаями в тех же СМИ».

После окончания выступления эксперт ответила на вопросы участников вебинара, представлявших 11 городов из разных регионов России.

Видеозапись вебинара 18.12.2014:

География вебинара 18 декабря 2014:
Владимир,
ГБОУ «Школа № 1321 Ковчег» (Москва),
Казань (Республика Татарстан),
Калининград,
Красноярск (Красноярский край),
Махачкала (Республика Дагестан),
Москва,
Нижний Новгород,
Новокузнецк (Кемеровская область),
Пермь (Пермский край),
Симферополь (Республика Крым),
Сыктывкар (Республика Коми).

Доступ к материалам и видеозаписям вебинаров Web-школы РООИ «Перспектива»
предоставляется бесплатно:
Подписки на материалы прошедших вебинаров

Яндекс.Метрика