RU | EN
Контраст текста: | Размер текста: A A A Старая версия

Ваши вопросы

Статьи и материалы

Дееспособность людей с ментальной инвалидностью: законодательные изменения

19 января 2015  |  Статьи  |  Просмотров: 12178

Аналитическая записка с рекомендациями по применению законодательных изменений, связанных с вопросами реализации дееспособности людей с ментальной инвалидностью, которые которые вступают в силу в 2015 году. Специально для РООИ "Перспектива" подготовил Дмитрий Бартенев, кандидат юридических наук, преподаватель кафедры международного права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

1 марта 2015 года вступают в силу поправки к Гражданскому кодексу Российской Федерации, которые по-новому определяют подходы к ограничению дееспособности людей с ментальными нарушениями1. Данные поправки стали закономерным следствием двух важных событий 2012 года: во-первых, ратификации 3 мая 2012 года Россией Конвенции ООН о правах инвалидов2, и, во-вторых, принятия 27 июня 2012 года Конституционным Судом Российской Федерации постановления по делу Ирины Деловой3. Хотя позиция Конституционного Суда во многом способствовала столь быстрому внесению изменений в фундаментальный акт, определяющий начала гражданского законодательства в России4, именно активное участие общественных организаций в процессе разработки последовавших законодательных инициатив позволила добиться изменений, шагнувших гораздо дальше того, что было предписано в постановлении по жалобе И. Деловой.

Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в Гражданский кодекс РФ были внесены существенные изменения, затронувшие вопросы дееспособности граждан:

  • во-первых, статьи 29 и 37 кодекса были дополнены нормой, в соответствии с которой опекун, при осуществлении сделок от имени своего подопечного и распоряжении его имуществом, обязан учитывать мнение подопечного, а при невозможности установления его мнения – опекун должен совершать сделки с учетом информации о предпочтениях своего подопечного, полученной от его родителей, прежних опекунов, иных лиц, оказывавших такому гражданину услуги и добросовестно исполнявших свои обязанности;
  • во-вторых, в пункте 2 статьи 30 кодекса предусмотрена возможность ограничения, а не лишения, дееспособности гражданина вследствие психического расстройства. Ранее возможность ограничения дееспособности была предусмотрена только в отношении людей, злоупотребляющих алкоголем или наркотиками, а также имеющих пристрастие к азартным играм, если это ставит их семью в тяжелое материальное положение. Ограничение дееспособности гражданина влечет установление над ним попечительства, а не опеки (см. ниже);
  • в-третьих, согласно пункту 3 статьи 29 кодекса, ограничение дееспособности может быть установлено судом в отношении гражданина, который ранее был признан недееспособным. Таким образом, если ранее альтернативой полному лишению гражданина дееспособности было только полное восстановление (сохранение) дееспособности, то с момента вступления в силу поправок в кодекс, возможность ограничения дееспособности становится менее ограничительной альтернативой недееспособности;
  • в-четвертых, пункт 3 статьи 36 кодекса был дополнен требованием, согласно которому опекун или попечитель обязан заботиться о развитии (восстановлении) дееспособности своего подопечного, как ограниченного в дееспособности, так и признанного недееспособным.

В настоящей аналитической записке содержатся рекомендации по реализации законодательных изменений с учетом тех требований, которые закреплены в Конвенции ООН о правах инвалидов, а также иных международных документах и постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации.

I. Ограничение дееспособности как альтернатива признанию гражданина недееспособным

Согласно новой редакции пункта 2 статьи 30 Гражданского кодекса гражданин, который вследствие психического расстройства может понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц, может быть ограничен судом в дееспособности. Гражданину, ограниченному судом в дееспособности, назначается попечитель органом опеки и попечительства по месту жительства.

Суть ограничения дееспособности состоит в том, что такой гражданин сохраняет самостоятельное право совершать все сделки, связанные с распоряжением своим заработком, стипендией и иными доходами, а также совершать мелкие бытовые сделки и:

  • сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения либо государственной регистрации (например, принять имущество в дар);
  • сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения (независимо от суммы таких средств).

Все остальные сделки гражданин, ограниченный в дееспособности, совершает сам, но с письменного согласия своего попечителя. Письменное согласие попечителя необходимо также для распоряжения алиментами, социальной пенсией, возмещением вреда здоровью и в связи со смертью кормильца и иными предоставляемыми на содержание подопечного выплатами (за исключением распоряжения заработком, стипендией и иными доходами).

Абзацем четвертым пункта 2 статьи 30 Гражданского кодекса предусмотрено, что при наличии достаточных оснований суд по ходатайству попечителя либо органа опеки и попечительства может ограничить или лишить такого гражданина права самостоятельно распоряжаться своими заработком, стипендией и иными доходами. Но даже в этом случае гражданин не может быть ограничен в праве совершать мелкие бытовые сделки.

Как видно, закон предусматривает определенную гибкость в применении мер защиты по отношению к людям, чья способность к самостоятельному осуществлению своих прав нарушена. Наиболее серьезной мерой, по-прежнему сохраняющейся в российском законодательстве, является признание гражданина недееспособным и полное замещение его решений решениями опекуна в большинстве сфер правоотношений5.

Ограничение дееспособности гражданина является менее жесткой мерой, поскольку позволяет ему сохранить возможность самостоятельного волеизъявления и распоряжения своим имуществом в большинстве сфер повседневных правоотношений. Кроме того, такая мера защиты позволит человеку, имеющему инвалидность вследствие психического нарушения, сохранить возможность самостоятельного осуществления ряда важнейших конституционных прав, в том числе право избирать и быть избранным, право вступать в брак и воспитывать своих детей.

Однако если такой меры, как ограничение дееспособности, является недостаточно для надлежащей защиты человека, например, если он явно неразумно тратит свою пенсию, закон не требует обязательного лишения такого гражданина дееспособности в полном объеме. В качестве промежуточной меры, более строгой, чем ограничение дееспособности, но не такой строгой, как недееспособность, выступает возможность установить человеку, ограниченному в дееспособности, такой режим пользования своим имуществом, когда для любой сделки по распоряжению им своим заработком требуется согласие попечителя. Подчеркнем, что речь идет именно о согласии попечителя на совершение сделок самим подопечным, а не о совершении попечителем сделок вместо самого гражданина.

II. Принципы оценки дееспособности в свете законодательных изменений

Гражданский кодекс определяет недееспособность как неспособность гражданина понимать значение своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства. Закон умалчивает о том, какие именно действия должен понимать и руководить ими гражданин для сохранения дееспособности в полном объеме. Очевидно, что речь идет, прежде всего, о действиях в сфере гражданских правоотношений, однако признание гражданина недееспособным влечет утрату прав во многих других сферах отношений, что также необходимо учитывать при решении вопроса о назначении такой меры6. Между тем, даже гражданские правоотношения неоднородны и неспособность человека понимать последствия сложных сделок далеко не всегда означает его неспособность совершать повседневные сделки, в том числе покупать продукты, оплачивать пользование мобильным телефоном, платить за билеты в кино или приобретать подарки близким.

Закон также не разъясняет того, что означает способность понимать значение своих действий или руководить ими: насколько глубоко человек должен быть готов объяснить условия какого-либо договора, чтобы можно было с уверенностью сказать, что он действительно понимает все последствия его заключения. Если человек ошибся в понимании последствий договора и заключил его на невыгодных для себя условиях, означает ли это неспособность понимать значение своих действий? Или если человек подписал договор, не прочитав его, потому что ему не хотелось вдаваться в тонкости юридического текста или потому, что он прислушался к неверному совету? Задавая эти вопросы, мы не ставим под сомнение дееспособность невнимательного, легкомысленного или доверчивого человека. Между тем, если речь идет о человеке с ментальной инвалидностью, любое его действие зачастую понимается как следствие психического расстройства, а любая ошибка или неверное решение – как проявление нарушенной способности понимать значение своих действий.

Такой подход отражает упрощенное понимание дееспособности и не учитывает того, что каждый человек принимает юридические значимые решения в определенном контексте. Абстрактное определение способности понимать значение своих действий и руководить ими не имеет практического смысла, поскольку круг тех решений и действий, которые совершает конкретный человек, ограничен определенными потребностями. Соответственно, оценка дееспособности должна учитывать индивидуальный контекст, то есть жизненную ситуацию человека и, в частности, следующие факторы:

  • наличие и характер собственного имущества: в отсутствие какого-либо ценного имущества (недвижимости) необходимость защиты имущественного интереса является минимальной;
  • наличие собственного дохода: если единственным доходом гражданина является пенсия по инвалидности, необходимость назначения мер защиты должна рассматриваться с учетом того, как он распоряжается пенсией;
  • наличие лиц, готовых предоставить поддержку в решении юридических вопросов и повседневных проблем;
  • характер отношений между инвалидом и лицами, которые предоставляют ему поддержку;
  • понимание инвалидом возможности и необходимости обратиться за помощью других лиц при решении повседневных вопросов;
  • риск злоупотреблений в конкретной жизненной ситуации человека, имеющего ментальную инвалидность.

Также как и признание гражданина недееспособным, ограничение дееспособности является вмешательством в сферу личной свободы человека и составляет ограничение его прав и свобод. Объем таких ограничений существенно меньше, чем в случае недееспособности, однако любое ограничение прав и свобод человека допустимо только в исключительных ситуациях, когда иные меры защиты оказываются недостаточными. Соответственно, назначение любых мер защиты должно учитывать два принципа: максимальное сохранение дееспособности и индивидуализация мер защиты7.

Во многих случаях для защиты прав человека с инвалидностью достаточно неформальных мер, не связанных с ограничением дееспособности гражданина. К таким мерам относится возможность обращения за социальным обслуживанием, помощь близких или родственников при совершении гражданином юридически значимых действий. Например, если человек, имеющий нарушение интеллекта, ходит в магазин со своими близкими и друзьями, которые помогают ему правильно выбрать нужную сумму для оплаты покупок, формально можно утверждать о непонимании таким человеком значения своих действий, поскольку в отсутствие помощи близких он не сможет правильно расплатиться в магазине. Однако это не означает необходимость ограничения дееспособности, поскольку в конкретной ситуации данного человека отсутствует необходимость защиты его прав в сфере повседневных сделок, так как достаточной защитой от возможного ущерба имущественным интересам такого человека будет служить наличие круга лиц, предоставляющих ему поддержку на основе доверительных отношений.

В иной ситуации, при отсутствии такой поддержки и наличии риска потерять свое (ценное) имущество, выбор может быть сделан в пользу ограничения дееспособности. На практике признание гражданина недееспособным используется для достижения тех целей, которые могут быть достигнуты менее серьезными мерами. Для человека, имеющего тяжелое ментальное нарушение, но живущего при этом в семье или в психоневрологическом интернате, риск потерять свою квартиру или иное имущество не является очевидным, поскольку даже в отсутствие формальной опеки он находится под неформальным надзором и защитой других лиц – своих близких или сотрудников интерната. Соответственно, если единственной причиной назначения опеки становится помощь в получении таким человеком своей пенсии, который не понимает сам как за нее расписаться и как потратить, достаточной мерой защиты его интересов будет ограничение в дееспособности. Следует отметить, что согласно пункту 2 статьи 33 Гражданского кодекса РФ, попечитель гражданина, дееспособность которого ограничена вследствие психического расстройства, не только дает согласие на совершение определенных сделок подопечным, но и оказывают ему содействие в осуществлении им своих прав и исполнении обязанностей, а также охраняет его от злоупотреблений со стороны третьих лиц.

Именно поэтому решение вопроса о необходимости признания гражданина недееспособным или ограниченно дееспособным остается за судьей, а не за психиатрами, а закон не требует автоматического ограничения дееспособности даже в том случае, если установлено, что человек не понимает или не в полной мере понимает значение своих действий или не может ими руководить: формулировки статей 29 и 30 Гражданского кодекса РФ говорят о том, что суд может, а не обязан, принять решение об ограничении (лишении) дееспособности.

Принимая решение об ограничении дееспособности человека, важно учитывать, что речь идет не просто о назначении формальных юридических мер, а о существенном ограничении личной свободы человека. Для каждого человека возможность самостоятельного или при помощи других лиц осуществления своих прав является важным условием сохранения личной самостоятельности и, следовательно, достоинства личности. Напомним, что именно уважение присущего человеку достоинства, его личной самостоятельности, включая свободу делать свой собственный выбор, и независимости, - назван первым принципом Конвенции о правах инвалидов8.

Следовательно, при рассмотрении дел, связанных с ограничением дееспособности, необходимо оценивать следующее:

  • во-первых, то, в каких именно сферах жизни нуждается в защите конкретный индивид, и насколько серьезными могут быть последствия в случае отсутствия такой защиты;
  • во-вторых, какие именно меры защиты и поддержки (формальные, неформальные) могут быть использованы в ситуации такого индивида, исходя из принципа максимального сохранения дееспособности.

III. Процессуальный порядок рассмотрения дела об ограничении гражданина в дееспособности вследствие психического расстройства

Появление в российском законодательстве со 2 марта 2015 года института ограниченной дееспособности для людей с ментальными нарушениями не означает автоматического пересмотра судебных решений в отношении тех людей, которые ранее были признаны недееспособными, но для надлежащей защиты интересов которых достаточно ограничения в дееспособности. Такой пересмотр возможен на основании обращения опекуна, органа опеки и попечительства, а также самого гражданина, признанного недееспособным. Если полномочия опекуна исполняет учреждение социального или медицинского обслуживания, в котором проживает гражданин, администрация учреждения обязана разъяснить гражданину право на обращение в суд с соответствующим заявлением, помочь в его составлении и направлении в суд, или обратиться с таким заявлением самостоятельно в интересах гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 30 Гражданского кодекса РФ рассмотрение дела о признании гражданина ограничено дееспособным осуществляется в порядке, предусмотренном гражданским процессуальным законодательством. Гражданский процессуальный кодекс РФ предусматривает обязательное назначение судом судебно-психиатрической экспертизы только по делам о признании гражданина недееспособным9. В отношении дел об ограничении дееспособности обязательного проведения судебно-психиатрической экспертизы не предусмотрено, в связи с чем суд вправе назначить такую экспертизу в том случае, если для рассмотрения дела необходимо применение специальных познаний в области психиатрии.

Назначение экспертизы будет оправданным в ситуациях, когда вопрос о наличии и конкретных признаках психического расстройства не является очевидным, в особенности, когда заболевание проявляется сложным бредом, и понимание того, каким образом психическое расстройство влияет на поведение человека, требует специальной оценки психиатрами.

В том случае, если вопрос о наличии у гражданина психического расстройства (в том числе, интеллектуального нарушения) подтверждается материалами дела и не оспаривается его участниками, назначение судебно-психиатрической экспертизы вряд ли будет оправдано. Документами, подтверждающими наличие психического расстройства, могут быть заключения психиатра, результаты предыдущих экспертиз и пр.

Согласно формулировке пункта второго статьи 30 Гражданского кодекса гражданин может быть ограничен судом в дееспособности, если вследствие психического расстройства он может понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц.

В основе изменений, внесенных в Гражданский кодекс, лежит понимание того, что дееспособность является неотъемлемым правом каждой человеческой личности. В том случае, если человек не может самостоятельно защищать себя или осуществлять свои прав, задача государства состоит не в том, чтобы ограничить такого человека в праве принимать юридически значимые решения, а предоставить ему необходимую поддержку для реализации своего права самостоятельно решать вопросы своей жизни. Объем и характер такой поддержки будет зависеть от многих факторов и поэтому недопустимо установление каких-то единых требований. Как уже отмечалось, целью изменений, внесенных в Гражданский кодекс является индивидуализация мер защиты и максимальное сохранение самостоятельности каждого человека с инвалидностью.

Для определения того, может ли помощь других лиц обеспечить необходимую поддержку человеку в реализации дееспособности, необходимо, прежде всего, понять, для чего нужна такая поддержка. В частности, нуждается ли человек в помощи при принятии сложных финансовых решений, выходящих за пределы его потребностей, либо такая поддержка необходима для участия в повседневных ситуациях: обращении за продлением инвалидности, получением лекарств, оформлении субсидии и пр. В зависимости от потребностей конкретного человека определяется характер той поддержки, которая ему может быть необходима.

Здесь на помощь судье могут прийти заключения различных специалистов, которые могут провести оценку потребностей инвалида с точки зрения того, какая ему может понадобиться помощь для реализации своих прав и обязанностей. Такими специалистами могут быть социальные работники, сотрудники общественных организаций, работающих с инвалидами, социальные педагоги, врачи различного профиля, психологи. В большинстве случаев определение того, в чем состоят потребности в поддержке для реализации инвалидом своей дееспособности, не требуют сугубо психиатрических познаний, более того, здесь гораздо важнее проанализировать социальную ситуацию гражданина, его интересы, круг тех, кто готов ему помочь, отношение к такой поддержке со стороны самого инвалида.

Более того, из правовой позиции Конституционного Суда России следует, что суд должен оценивать необходимость и соразмерной любой меры защиты конкретной ситуации человека. Следовательно, необходимо определить круг защищаемых интересов, в которых конкретному человеку может понадобиться помощь других лиц.

В приложении приводится примерная форма, которая может быть использована для оценки потребностей гражданина в защите и поддержке при решении вопроса о дееспособности.

IV. Забота о восстановлении дееспособности подопечного

Нововведением законодательных изменений, вступающих в силу 2 марта 2015 года, является требование, согласно которому опекун или попечитель обязан заботиться о развитии (восстановлении) дееспособности своего подопечного, как ограниченного в дееспособности, так и признанного недееспособным (пункт 3 статьи 36).

Эта новелла отражает понимание того, что дееспособность человека не является неизменной, она может изменяться и требует периодической оценки. Российский закон по-прежнему не предусматривает предельного срока назначения меры защиты в отношении взрослых лиц, поскольку опека и попечительство устанавливаются на неопределенный срок, а периодический пересмотр судом необходимости сохранения этой меры не предусмотрен. Закон также не определяет того, каким образом осуществляется забота о развитии или восстановлении дееспособности подопечного, однако ее целью, исходя из принципа минимального ограничения дееспособности гражданина, должно быть расширение самостоятельности подопечного, то есть отмена ограничения в дееспособности, признание дееспособным либо ограничение в дееспособности как менее ограничительная альтернатива недееспособности.

Между тем, даже в этих условиях существуют возможности для формальной оценки органом опеки и попечительства того, осуществляет ли опекун (попечитель) заботу о развитии или восстановлении дееспособности своего подопечного, то есть, в конечном итоге, надлежащим ли образом опекун (попечитель) осуществляет свои полномочия. Во-первых, рекомендации по восстановлению (приобретению) самостоятельности должны содержаться в индивидуальной программе реабилитации инвалида10, разрабатываемой бюро медико-социальной экспертизы. Во-вторых, соответствующие сведения должны сообщаться опекуном в своем ежегодном отчете, для чего, по-видимому, будут внесены соответствующие изменения в форму такого отчета.

V. Распоряжение имуществом подопечного

До принятия поправок в Гражданский кодекс РФ опекун гражданина, признанного недееспособным, обладал правом по собственному усмотрению совершать любые сделки от имени своего подопечного11, и распоряжаться его имуществом. Единственным ограничением свободы усмотрения опекуна выступало требование о том, что такие сделки должны совершаться им «в интересах» подопечного. Фактически это означало презумпцию того, что опекун всегда действует в интересах своего подопечного, однако какой-либо процедуры оценки таких интересов не предусмотрено. Орган опеки и попечительства, который следит за расходованием опекуном средств подопечного и дает в некоторых случаях согласие на распоряжение его имуществом, не несет обязанности по выяснению «интересов» подопечного.

С момента вступления в силу новой редакции статей 29 и 37 Гражданского кодекса РФ свобода усмотрения опекуна будет существенно ограничена, поскольку опекун, при осуществлении сделок от имени своего подопечного и распоряжении его имуществом, будет обязан учитывать мнение подопечного. Таким образом, совершение сделок в «интересах» подопечного означает, что такие интересы определяются самим человеком, а опекун должен их учитывать и уважать, а не подменять собственными представлениями о том, что лучше для своего подопечного. Сказанное не означает, что опекун не может не согласиться со своим подопечным, однако для этого должны быть веские основания.
Более того, если установить мнение подопечного невозможно, опекун должен совершать сделки с учетом информации о предпочтениях своего подопечного, полученной от его родителей, прежних опекунов, иных лиц, оказывавших такому гражданину услуги и добросовестно исполнявших свои обязанности.

Из содержания этих норм следует, что, давая согласие на совершение опекуном сделок от имени своего подопечного, или проверяя отчеты опекуна об управлении его имуществом, орган опеки должен выяснять интересы и предпочтения гражданина, признанного недееспособным или ограниченного в дееспособности, поскольку только на основании сопоставления интересов подопечного и действий опекуна можно оценить соответствие решения опекуна интересам подопечного и сделать тем самым вывод о надлежащем исполнении опекуном своих обязанностей. Это правило полностью применимо и к осуществлению опекунских обязанностей администрацией учреждения социального обслуживания или медицинской организации, если гражданин помещен под надзор такого учреждения.

_____________________
1 Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".
2 Конвенция вступила в силу для Российской Федерации 25 октября 2012 г.
3 Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2012 г. № 15-П.
4 Постановлением было предписано внести необходимые изменения в действующее гражданско-правовое регулирование в целях наиболее полной защиты прав и интересов граждан, страдающих психическими расстройствами, в срок до 1 января 2013 г.
5 За исключением вопросов получения медицинской помощи, обращения за юридической помощью по определенным вопросам, а также решения вопросов, связанных с поступлением в учреждение социального обслуживания, которые гражданин, лишенный дееспособности, вправе решать самостоятельно.
6 В частности, это невозможность воспитания детей, участия в выборах, участия в деятельности общественных объединений.
7 Рекомендация Комитета Министров Совета Европы от 23 февраля 1999 года R (99) 4 "О принципах, касающихся правовой защиты недееспособных взрослых".
8 См. пункт «а» статьи 3 Конвенции о правах инвалидов.
9 При этом судебно-психиатрическая экспертиза назначается только при наличии достаточных данных, указывающих на наличие у гражданина психического расстройства.
10 С 1 января 2015 года – в индивидуальной программе (ст. 16 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации").
11 За исключением тех, сделок, которые требуют личного волеизъявления (составление завещания).

Комментарии


© РООИ "Перспектива".
Все права защищены 1997-2016

РООИ «Перспектива» является единственной в России организацией – членом Inclusion Europe
Сделано в студии Олега Потапова

Яндекс.Метрика
Мы принимаем Яндекс.Деньги